Четверг, 24.08.2017, 06:05Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта

Форма входа

Поиск по сайту

Календарь

«  Август 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Глава VI Известие о кораблекрушении Елисаветы и других несчастных происществиях.

Глава VI

Хвостов привез из Кадьяка известия горестные для Баранова: о бриге Елисавете, отправленном под командою Лейтенанта Сукина, в Кадьяк, что оный там претерпел кораблекрушение и потерял большую часть груза; остальное хотя и спасено, но подмочено;  - что отправленные из артелей 6 байдар с меховыми промыслами потонули во время бури; - что из отправленного их Ситхи отряда Алеутов, под начальством Демьяненкова, погибло в море более 200 человек, и что наконец Якутатская крепость с гарнизоном и жителями истреблена Колошами.

Тяжесть всех сих бедствий, обрушась вдруг на Баранова так сказать, преклонила его но неподавила. Сии горестные происшествия терзали его тем более, что случились в присутствии важного и дорогаго гостя, которого он желал бы только радовать добрыми вестями и успешными делами. Просвещенный и благородный душею Г. Резанов утешал старика, представляя новыя средства и способы помогать утратам, и если не совсем заменить, то хотя несколько облегчить потерянное, обещаясь содействовать во всем.

Потеря Якутатского заселения и партии, столь трогательныя и важныя для Баранов, не будут кажется излишни своею подробностию, хотя нещастною и жалкою.

Сказано уже, что прозимовавший в Ситхе отряд Алеутов под командою Демьяненкова отправлен в Кадьяк. На пути туда они узнали, что селение в Якутате изтреблено Колошами, и что они стараются и их захватить в расплох, также истребить на пути. Опытный начальник отряда, хотя не совсем верил сему известию, но не мог и отвергать онаго, а потому решился плыть только по ночам или в пасмурную погоду, а днем оставаться на месте.

Переезд от местечка Акой до Якутата будет расстоянием около 60 верст, они располагали пройти так, чтобы в Якутат пристать ночью и наведаться о селении. Такое разстояние требовало, по крайней мере 10 часов усиленной гребли. Прибывши в глубокую ночь к селению, они к вящей горести своей уверились в справедливости полученных слухов, и нашли все разоренным. Безпрестанно опасаясь нападения Колош ни мало немедля вышли вон из  залива. Слабые и утомленные алеуты не смели ни пристать к берегу, занятому выжидающими их неприятелями, ни плыть подле онаго обезсиленные продолжительною греблею, многие пришли в совершенное изнеможение; тогда Демьяненков, совокупив все байдарки, спрашивал у алеутов согласия: пристать ли им к берегу или отдавшись на власть Божию, прямо пуститься в Нучек? Большая часть решилась следовать на остров Каяк, находящийся от них в расстоянии более 200 миль; но изнемогшие, в числе 30 байдарок отказались, что никак не могут за ними следовать, а решаются плыть к берегу и отдаться в плен и рабство, или на мучения и смерть Колошам; и как ни горестна им сия разлука, но продолжать плавание не в силах. Надо знать, что берег от Якутата до Чугацкой губы отрубист, утесист инде неприступен по причине отмелей и не имеет удобных пристаней. Даже и для гребных судов, в бурное время года Судьбами Всевышняго определено было, чтобы обрекшие себя на близкую смерть, спаслись. Безсильные достигли до берега и не безпокоимые Колошами отдохнули и продолжали свой путь. Между тем возстала ужасная буря, гибельная для их товарищей; по укрощении коей, оставшиеся плывя далее, находили по берегам выкинутые байдарки и обезображенные трупы несчастных своих родственников и братьев.  Достигнув Кадьяка, удостоверились, что все до одного бывшие в силах надеющиеся на них и пустившиеся на Каяк бедственно погибли в бурном море.

Разскажу теперь об Якутате. В тамошнем селении было 12 человек промышленников под управление Ларионова, и несколько Колош обоего пола, казавшихся преданными, употреблялись для работ и услуги. Не известно, изменою или предательством или иным каким образом, осторожный до того времени Ларионов, допустил напасть на себя внезапно Колошам, которые предали мучительной смерти его и всех Русских, оставя только жену Ларионова с детьми и несколько Алеутов.

Ободренные успехом истребления Якутатской крепости Колоши расположились идти в Чугацкую и Кенайскую губы, и подвергнуть той же участи обе тамошния крепости. Отправясь на 8 больших байдарах, во избежание подозрения, шесть оставили при устье Медной реки, а на двух пришли прямо к Константиновской крепости, главному заселению в Чугацкой губе. Тоен их Федор ( давно известный Русским, как крестный сын Баранова и преданный ему) явился смело к Начальнику крепости Уварову и объявил, что пришел торговать с Чугачами, как прежде неоднократно случалось Уваров не подозревая его ни сколько принял радушно и позволил заниматься плясками вместе с Чугачами.

На байдарах, оставленных у Медной реки, находился один пленный Чугач, котрый нашел случай бежать и уведомил Уварова, что Колши приехали не торговать, а истребить Чугач и Русских. В следствие сего, Уваров задержал своего вероломнаго гостя Тоена Федора, и сказал, что знает все злодейския его намерения. Между тем Чугачи, также узнав о заговоре, созвали к себе на праздник всех 70 человек Колош, и изменнически перебили их, изключая двух или трех спасшихся бегством. Тоен Федор в туже ночь зарезался, а убежавшие пробрались к оставшимся на Медной реке, и известили их о гибели товарищей. Испуганные сим Колоши опасаясь, что Чугачи немедленно нападут и на них, с поспешностию собрались и не взирая на бурную погоду, пустились обратно прямо через банку, очень далеко выдавшуюся от устья Медной реки в море. Байдары на банке были разбиты бурунами и большая часть людей утонули; не многие спаслись на Угаляхмютской берег, и все те без изъятия перебиты туземцами враждовавшими с ними из стари.

За истребление Русских в селении, Якутатские Колоши потерпели праведную кару небес: из 200 воинов, бывших у них сначала, после сего случая едва ли сколько нибудь осталось.

В начале 1806 года Г. Резанов предпринял поход в Калифорнию с полезным намерением ознакомиться с тем краем и решить, можно ли постоянно получать оттуда зерноваго хлеба и в каком количестве? Он приказал лейтенанту Хвостову приготовить Юнону, а Г. Баранову поручил отпустить товаров для опыта в торговле в разпоряжение КомиссионераПанаева. 26 Февраля Юнона оставила Ситху и пришла в порт С.Франциско, где  Г. Резанов видился с Губернатором Калифорнии Дон Хосе Аррилага и с позволения его приказал выменять в Миссии С. Франциско часть припасов, важнейшия были: 671 фонега (фонег - от 150 до 160 Российских фунтов)пшеницы, 117 ячменя и 140 гороха и бобов; также часть муки, сала, соли и пр. всего на 5587 пиастров; за которые заплачено Российскими и другими товарами. Оставя 10 Мая порт С. Франциско, они возвратились в Ситху 8 Июня.

Тут Г. Резанов нашел, заложенный при нем Тендер, уже спущенным на воду и наименовал оный Авось, поручил команду Г. Давыдову, укомплектовав оный и Юнону людьми молодыми, проворными и здоровыми 24 Июня Г. Резанов простился с Барановым и перешел на Юнону и на другой день отправился в море.

Намерение Г. Резанова зайти в Японию изложено довольно подробно Г. Адмиралом А.С.Шишковым в предуведомлении к путешествию Хвостова и Давыдова. Оно не токмо не относилось к улучшению или к благосостоянию колоний. Но выло вовсе посторонним делом для Баранова. Отвлечение из колоний на двух судах 60 человек лучшей рабочих людей на два года и более, лишило оныя весьма нужного сообщения оп островам и остановило многия полезныя предприятия Баранова; между тем, как все сии рабочие считались на службе и должны были по установлению получать свою долю в промысле мехов, а командующие кораблями офицеры и их помощники жалование. От сего произошло много ропота и неудовольствий, особенно от людей оставшихся. Кои трудились в колониях и не редко претерпевали и переносили во многом нужду.

Может быть любопытную картину доставили бы для истории смелые поступки Лейтенантов Хвостова и Давыдова на некоторых островах, принадлежащих Японии; если бы оные были произведены по предначертаниям боле твердым, и не навлекли за собою столь бедственного последствия, как плен славного Капитана В.М.Головнина. -  Но картина сия покрывшаяся мрачною завесою неприятных воспоминаний, вероятно останется для нас в забвении, и только у робких и недоверчивых Японцев будет переходить, как баснословное предание о неимоверных подвигах Русских, может статься до позднего потомства.

В отсутствие Резанова в Калифорнию, пришел в Ситху (Мая 6) Американский корабельщик Джон Виншип. С ним заключил Баранов условие о промысле бобров вне колоний с тем, чтобы Виншип приняв на свой корабль 50 байдарок под начальством Слободчикова, отправился для промысла к берегам Калифорнии. Срок для сей экспедиции назначен от 10 до 14 месяцев. Исполняя по условию, они подошли к берегам Калифорнии и промышляли бобров. Потом перешли на близь лежащий остров Серос ( в широте 28 гр 2 мин N, долготе 115 гр 23 мин W). Там между Виншипом и Слободчиковым произошли неудовольствия и раздоры. Вищзбежании которых, Слободчиков купил  у Американцев небольшую шхуну за 150 бобров и назвав оную Николай. Отправился с нанятыми двумя Американцами и тремя Сандвичанами на Сандвичевы острова и оттуда прибыл в Ситху в Августе. Вслед за ним возвратился и Виншип в Сентябре 1807 года. Весь промысел, ими приобретенный состоял из 4820 бобров всех сортов, который и разделен по равну.

Сапндвмический Король, славный Томеа-меа, наслышавшись от американских корабельщиков о предприятиях и делах Баранова желал с ним познакомиться покороче, и чрез Слободчикова послал Баранову в подарок великолепный шлем и плащ со своего плеча, составленные из блестящих красных и желтых перьев, в изъявление своего уважения и благорасположения. С сих пор они чрез Американских корабельщиков в разное время пересылались между собою подарками.

В Августе 1806 года пришел в Ситху старый знакомый Баранов Американский корабельщик Окейн на корабле Эклипс, и доставил ему ложное известие, что на Сандвичевых островах он видел прибывшего из Кантона Американского Капитана Сола, который будтобы виделся там с Капитаном Лисянским и узнал, что Нева из Ситхи заходила в Японский порт Нангасаки, где было позволено променять меха и получена от того значительная выгода; что Лисянский оставя небольшое число мехов доя Кантона, пришел туда в Декабре, и отправился в Феврале месяце прямо в Европу.  К сему Окейн  прибавил, что два американские корабля также заходили в Нангасаки,  и получа позволение, торговали очень выгодно. Он же сказал еще, что капитан  Сол, на пути из Кантона, встретил в море судно без руля и мачт с семью Японцами, и доставил их на Сандвичевы острова. Как будто основываясь на сих известиях, он предложил Баранову отправить его для опыта торговли в  Нангасаки и доставить туда Японцев, взяв их с Сандвичевых остовов. Баранов условился с ним ( Сентября 6  1806 года) чтобы сделать опыты торговли, и буде можно, основать прочныя свяхи в Нангасаки, Кантоне и Батавии. Главные статьи условия состояли: 2-е Принять в Ситхе или на Кадьяке меха и товары для Японской торговли по капитальным ценам и чтобы получеаемую на оные прибыль разделить поровну Компании и Окейну. 2-е. Отправиться на Сандвичевы острова за Японцами и доставить их в Нангасаки. Стараться получить там разрешение на торговлю; но буде онаго не последует, то отправиться в другие места. 3-е. Когда в котором либо порте будет выгодная торговля, то погрузить сколько можно вымененных товаров и следовать в Камчатку; там здать часть всего груза, а остатной доставить в Кадьяк. За фракт получить Окейну: с тяжелаго груза по 70, а с легкаго по 40 пиастров за тон. 4-е По здаче в Камчатке груза принять там железо и доставить в Кадьяк без платежа за провоз. 5-е при грузе Компанейском назначается комиссионер Бакадоров с помощником. 6-е. Разходы в Кантон делать на общий счет из прибыльной суммы; а в заключение сказано, что ежели цены на меха будут в тех местах ниже назначенных от Компании, но промен покажется выгодным, так что от обопрота иностранными товарами моджно иметь барыш в Камчатке и колониях, то в таком случае Окейну, неучаствующему при продаже мехов, в замен получить половину барыша против Камчатских цен, или решительнее двойной фракт. В числе груза, поступившего к Окейнгу, было 1800 бобров морских,105 тыс котиков, 2500 бобров речных и другие шкуры, китовые усы и моржевые клыки, всего на 310.000 рублей. Баранов написал от себя Губернатору Нангасаки, испрашивая от его покровительства и ходатайства о позволении торговли, ныне и на будущее время.

Отправясь из Ситхи, Окейн заходил на Кадьяк, где принял большую часть груза и потом на Сандвичевы острова, а оттуда прямо в Кантон. Баранов предписал своему Комиссионеру явиться в Кантоне к Шведскому Консулу Г. Люнгстет у, который принял его очень ласково и объясняясь  хорошо по Русски, предостерегал от обманов Китайцов и даже от самаго Окейна. Сие доброжелательство Г.Люнгстета нисколько не помогло неопытному Комиссионеру и не помешало Окейну показать весьма низкие цены, по коим будто бы он принужден продать меха. Бобр оценен в 13, 5 пиастров, котик в 40 сенс; речной бобр в 3 пиастра, пиколь моржевых клыков в 25 и пиколь усов в 10 пиастров. По сему счету груз уходил в промене за 155 тыс рублей, то есть ровно в половину цены против Компанейской. За оный взято 3000 мешков пшена; 280 ящиков чаю; 25.000 концев разных сортов китаек; много шелковых и бумажных материй, фарфоровой посуды и в большом количестве других китайских товаров.

Маия 8 1807 года, Окейн оставил Кантон; Июля 6 приблизился к Нанагсаки и пошел в залив под Русским флагом. Тут был встречен множеством гребных судов, кои повели корабль к якорному месту. Вскоре приехал на корабль Голландский чиновник, и приметя что Капитан и команда не Русские, советовал им без хлопот переменить флаг, потому что Японцы недовольны Русскими, сделавшими недавно на их остров нападение. При сем Окейн счел за нужное и поверенных Баранова скрыть от Японцев. К кораблю приставлено 6 гребных судов для стражи; сняты орудия; отобран порох и не позволено иметь с берегами никакого сообщения.

На вопросы Японцев Окейн отвечал, что зашел по нужде в воде и свежей провизии. На другой же день, по повелению начальства доставлено на корабль достаточно воды, свежей рыбы, свиней и зелени без всякой за то платы. На третий день Окейн выпровожден Японскими судами из порта и 8 Июля пришел в Петропавловскую гавань.

По предписаниям Баранова, Камчатский Комиссионер Мясников принял от Бакадорова Кантонских товаров по разценке на 207.000 рублей. Окончив дела в Камчатке, Окейн пошел в Кадьяк, но близ острова Саннаха ночь ю набежал на риф и паотрепел кораблекрушение. Почти весь груз поглощен морем, а из выкинутых на берег корабельных обломков Окейн выстроил небольшую шхуну в продолжении 1808 года, на которой вышел в море 26 Февраля 1809 года.  Крепкими ветрами на шкуне изорвало все паруса и прижало ко льдам у  острова Уналашки. Льдами сильно судно повредило и вышибен руль. Окейн не находя никаких средств к спасению на судне, решился оставить оное и по  льдам пробраться на берег, отстоящий не более 2 миль. Он отправил прежде бывших при нем штурмана Бубнова, одного Русского и 9 алеутов; а когда все благополучно добрались до берега, то по следам их пустился Окейн с двумя Американскими матросами и Сандвичанкой, которую возил с собой. Но они не были так счастливы, как первые, и все потонули. – Шхуну весьма поврежденную льдами и каменьями, выкинуло тут же на берег.

Предуведомление
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Глава VI
Глава VII
Глава VIII-1
Глава VIII-2
Глава IX
Заключение-1
Заключение-2

Copyright MyCorp © 2017 | Сделать бесплатный сайт с uCoz