Вторник, 21.01.2020, 12:43Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта

Форма входа

Поиск по сайту

Календарь

«  Январь 2020  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Русское наследие на Аляске

С.А. Корсун

Русское наследие на Аляске.

Русская Америка являлась частью Российской империи в течение нескольких десятилетий. В 1867 г. она была продана США. Судьба русских и креолов оставшихся на Аляске, а также культурное наследие русского периода Аляски – эти вопросы неоднократно привлекали внимание исследователей, они будут и в центре внимания настоящей статьи.1

Остановимся на численности того населения, которое, являясь носителем русских культурных традиций, осталось на Аляске после ее продажи. В 1867 г. в официальном списке, имеющих право покинуть колонии за государственный счет, было 812 человек служащих Российско-Американской компании (РАК) и членов их семей.2 Не получили право выехать с Аляски за государственный счет колониальные граждане и креолы.

Креолами в Русской Америке называли людей, родившихся от браков русских с местными уроженками. В 1821 г. их причислили к поданным России и освободили от повинностей и уплаты налогов. Свободное сословие – колониальные граждане, было создано в 1835 г. В документе говорилось: ”Вольнонаемных русских мещан и крестьян, находящихся в американских колониях по найму компании, кои женились на креолках и алеутках, и по болезненному состоянию здоровья, преклонности лет, долговременному там пребыванию, привычке к климату и образу жизни, или потому, что в долгое отсутствие из России лишились в ней ближайших родственников, предъявят компании желание там водворится и подадут о том письменные просьбы, селить по Кенайскому берегу Америки или где признает главное компании правление, но внутри российских владений”.3 По данным, которые приводит С. Федорова в 1861 г. колониальных граждан было 94 человека, креолов около полутора тысяч человек.4 Сведения о численности колониальных граждан требуют уточнения. В 1835 г. их насчитывалось 57 человек, в 1858 г. – 240, а в 1861 г. только 94 человека. Такое резкое уменьшение численности колониальных граждан можно объяснить только тем, что не было учтено население нескольких поселков. Колониальные граждане вместе с креолами проживали компактными группами в нескольких поселках на Кенайском полуострове. В списке поселений РАК, составленном правительственным комиссаром А. Энгельгардтом в 1866 г., не указано ни одного из этих поселений.5 Таким образом, русским семьям общей численностью не менее чем в 150 человек вообще не было предоставлено право покинуть Аляску.

Сведения о том, когда и в каком количестве русские покидали Аляску, не совсем точны и требуют уточнения. Первая группа служащих и чиновников РАК покинула Ново-Архангельск 1 ноября 1867 г. на американском судне "Джон Л. Стефенс”, которое шло до Сан-Франциско, оттуда служащие РАК должны были отправиться в Россию через Панаму и Нью-Йорк.6 Следующая группа из 168 человек выехала в Россию 14 декабря 1867 г. на судне "Царица”, которое следовало в Крондштат через Лондон. 1 января 1868 г. 69 солдат и офицеров Ново-Архангельского гарнизона выехали в Николаевск-на-Амуре на судне РАК "Нахимов”.7 Так как компания лишилась права использовать свой флаг сразу же после продажи Аляски, то это судно шло под американским флагом и под другим названием. Группа, состоящая из колониальных граждан и креолов, выехала 24 апреля 1868 г. в Николаевск-на-Амуре на судне "Император Александр II”.8

Продажа Аляски не означала, что РАК ликвидируется, у компании оставалось несколько факторий в Сибири и Приамурье, и было выгодно переселить туда наиболее активную часть креолов и колониальных граждан. В 1867 г. в Петербурге работал "Комитет”, который занимался вопросом продажи Аляски. О колониальных гражданах и креолах в записке "Комитета” говорилось: "Всего удобнее переселить их в Приамурский край с сохранением им пожизненно теперешних их прав и предоставлением других льгот и пособий по усмотрению правительства. Мера эта представляется выгодной потому, что она соответствовала бы видам правительства о заселении Приамурского края, уменьшила бы значительно издержки по переселению и добавила бы этому краю работников, привыкших к тамошнему климату”.9 О количестве переселенных в Приамурский край сведений нет, можно высказывать только предположения, так на перевозку людей из Ново-Архангельска в Петербург выделялось 617 тысяч рублей на 812 человек, то есть в среднем по 760 рублей на человека. На переселение служащих в Приамурский край РАК потратила 39 400 рублей.10 Понятно, что этот маршрут перевозки требовал гораздо меньших затрат, чем переселение в Петербург, поэтому можно предположить, что в Приамурский край было переселено не менее ста человек.

Последняя группа русских покинула Ново-Архангельск 30 ноября 1868 г. на специально купленном для этих целей судне "Крылатая стрела”, которое следовало в Крондштат. Всего на этом судне выехало 309 человек.11

Таким образом, имеются сведения о переселении из Америки в Россию 546 человек из 812, имевших на это право. На Аляске оставалось в 1869 г. около 200 русских, более 200 колониальных граждан и более полутора тысяч креолов. Все эти люди были носителями русских культурных традиций, для колониальных граждан русский язык был родным, а большинство креолов были двуязычны. В 1870 г. на Аляске проживало 483 русских и 1421 креолов. В 1880 г. "белых” было 430 человек, креолов 1756.12 Одна из причин такого изменения в этническом составе населения состояла в том, что по переписи 1880 г. многие русско-аборигенные семьи были причислены к креолам.

Как уже отмечалось, креолы и колониальные граждане проживали компактными группами в нескольких поселениях на Кенайском полуострове. Остановимся на истории возникновения этих поселений.

Начиная с 1835 г. колониальным гражданам и креолам разрешалось селиться на острове Афогнак, в селение Узенькое на острове Еловый и в селении Нинильчик на Кенайском полуострове. С 1844 г. в ряде других селений на Кенайском полуострове: Качемак, Касилов, Кенай, Кнык, Матануска и в Российском селении на противоположенном берегу Кенайского залива. Все эти селения были основаны гораздо раньше и некоторые из них до переименования в 1844 г. носили русские названия, так Качемак это селение Александровское в Сельдевой бухте, а Кенай – бывший Николаевский редут. Предполагалось, что население этих поселков будет заниматся огородничеством и скотоводством. Создавая сельскохозяйственные поселения, РАК рассчитывала иметь постоянный источник сельхозпродукции, недостаток которой постоянно ощущался в Русской Америке. Кенайский полуостров для создания таких поселений был выбран не случайно, здесь самые благоприятные климатические условия на Аляске.

В особом положении из этих поселков оказался Нинильчик, туда была переселена большая группа пенсионеров, после ликвидации селения Росс в Калифорнии. В Калифорнии основным занятием этих людей было земледелие и скотоводство. Всего из Калифорнии на Аляску возвратились: русских 48 мужчин и три женщины, креолов – 31 мужчина и 51 женщина, алеутов – 38 мужчин и 13 женщин, а также несколько калифорнийских индеанок.13 Большая часть этих людей была поселена на Кенайском полуострове. В частности, семьи Осколковых и Расторгуевых оказались в Нинильчике, здесь часть населения состояла из русских, и меньшая из креолов. Все население Нинильчика сохраняло русский язык как родной буквально до Второй мировой войны. Основным занятием жителей поселка было разведение крупного рогатого скота и огородничество. Здесь была небольшая часовня, церковнослужитель учил детей русской грамоте. Дорог в другие поселки не было, вся связь с внешним миром осуществлялась по воде. После продажи Аляски, Нинильчик оказался отрезанным от внешнего мира, оставаясь "заповедником” русской культуры. Ни один корабль не заходил сюда с 1867 года в течение 27 лет! 14

В других поселках Кенайского полуострова, после продажи Аляски, русский язык довольно быстро вышел из употребления. Это объясняется тем, что креольское население этих поселков либо переходило на местные языки, либо изучало английский. Кроме Нинильчика, влияние русской культуры в наибольшей степени сохранялось лишь в Кенае, где с 1844 г. находилась Кенайская православная миссия. После продажи Аляски, креолы и даже некоторые русские были отнесены к категории "нецивилизованных племен” и находились в этом статусе до 1915 г., когда их приравняли в правах к американским индейцам. Лишь в 1934 г. креолы вместе с другим коренным населением США получили статус американских граждан.15

Теперь рассмотрим этнические процессы, которые происходили среди русского и креольского населения Кадьяка и Ситхи. Ситха первые пять лет после продажи Аляски оставалась тем центром, где была сосредоточена большая часть русско-креольского населения Аляски. Однако в начале семидесятых годов XIX в. ситуация резко изменилась, те русские и креолы, которые не захотели или не смогли выехать в Россию, покидали город в поисках работы.16 Из них 123 человека обратились к русским властям с просьбой оказать содействие в возвращении в Россию. Среди них были семьи: Ивана Секторусова, Федора Казакова, Иллариона Чубарова,17 Платона Ларионова, Александра Бурдуковского и других.18 В переселении на родину за государственный счет им было отказано и предложено на свои деньги переезжать в Сан-Франциско, где они могли рассчитывать на помощь русского вице-консула при дальнейшем возвращении в Россию.

Наиболее активная часть русских и креолов постепенно американизировалась. Некоторые предпосылки для этого были заложены еще во времена Русской Америки. С 1859 г. в общем училище Ново-Архангельска преподавали английский язык. В середине шестидесятых годов на Аляске работала совместная Компания российско-американского телеграфа, которая принимала на работу русских и креолов, а также за свой счет обучала английскому языку двух мальчиков креолов – Ивана Кожевникова и Ивана Германа.

После продажи Аляски большую часть имущества РАК скупила компания из Сан-Франциско "Хатчисон и К”, вскоре переименованная в Аляскинскую коммерческую компанию. Она немедленно возобновила пушной промысел и охотно принимала на службу русских и креолов. Уже в конце шестидесятых годов в ее главном офисе в Сан-Франциско работали выходцы с Аляски А. Веретенников и И. Архимандритов. За счет компании проводилось обучение английскому языку нескольких мальчиков из числа местных жителей. В частности, таким образом получил образование алеут Пантелеймон Буторин, который впоследствии преподавал английский язык на Прибыловых островах.19

Со временем все большее количество русских и креолов поступали на службу в американские компании и расселялись по всему западному побережью США. Самые многочисленные русские колонии в конце XIX в. были в Сиэтле и Сан-Франциско, здесь проживало по несколько сот человек. Калифорния была хорошо известна русским еще со времен существования здесь селения Росс. Кроме того, здесь находилась резиденция российского вице-консула. Русские, приезжавшие в Сан-Франциско, устраивались приказчиками и агентами в Аляскинскую и другие торговые компании, плавали матросами на судах, ходившими между Ситхой и Сан-Франциско, некоторые открывали собственное дело. Одним из первых переселился в Сан-Франциско ново-архангельский священник Николай Ковригин, здесь он открыл домовую церковь для православных прихожан.20

Если русское население Ситхи постепенно сокращалось, то на Кадьяке ситуация была иной. Здесь сосредоточились те, кто не смог быстро приспособится к новому, американскому, образу жизни. Здесь проживало несколько десятков русских и креольских семей. Они вели патриархальный образ жизни, занимались рыболовством, огородничеством и скотоводством. Креолы постепенно смешивались с местным населением, забывали русский язык. Известны лишь некоторые фамилии тех семей, которые жили на Кадьяке и в ближайших к нему районах после 1867 года. Это семьи Петра Репина, Ивана Дерганова, Ивана Пестрикова. Ряд улиц современного Кадьяка назван по фамилиям некогда живших здесь домовладельцев, это улицы: Семенова, Сиченова, Волкова, Малютина, Митрохина. Так как названия улиц давались уже в американский период, то семьи с такими фамилиями жили здесь после продажи Аляски.21

Также необходимо остановится на деятельности Русской православной церкви на Аляске, так как именно Церковь осталась главным проводником русской культуры среди местного населения. В 1870 г. митрополит Московский и Коломенский настоял в Синоде на создании Алеутской и Аляскинской епархии с кафедрой в Сан-Франциско. Первым архиереем новой епархии стал епископ Иоанн (Степан Митропольский). Он в 1872 г. перевел архирейскую кафедру из Ситхи в Сан-Франциско, в 1874 г. здесь была открыта церковно-приходская школа, в которой преподавали протоиерей В. Вечмотов и священник А. Делигенский.22 К моменту продажи, территория Аляски разделялась Церковью на Ситхинский и Уналашкинские округа и на три миссии: Кенайскую, Нушагакскую и Квихпакскую. В семидесятые годы возобновилась деятельность церковно-приходских школ. В 1876 г. такие школы были открыты на Уналашке, на о. Св. Павла и Св. Георгия; в 1878 г. на Кадьяке и Нушагаке; в 1879г. в селении Бельковское на полуострове Аляска и в 1880 г. на Ситхе.23 Последняя по времени церковно-приходская школа была открыта в 1893 г. в Кенае.24 В этих школах наряду с церковными дисциплинами изучали русский язык, а в некоторых учились читать и писать на местных языках.

Первые двадцать лет американского периода истории Аляски Православная церковь сохраняла свое бесспорное влияние среди местного населения. В конце восьмидесятых годов здесь появились миссионеры других христианских конфессий. В связи с этим в период с 1893 по 1903 гг. Православной церковью было издано 14 наименований книг в Америке и четыре в России на языках коренного населения Аляски. Это способствовало широкому распространению Православия среди местного населения.25 В настоящее время в районах наиболее хорошо освоенных русскими: на Алеутских островах, о. Прибылова, Кадьяк и Ситха, большая часть местного населения исповедует Православие и рассматривает его как составную часть своей традиционной культуры, в противовес другим христианским конфессиям, появившимся позднее. Особенно этот относится к алеутам. Как отмечала Р. Ляпунова, они называют Православную церковь "алеутской церковью”, а свою веру "алеутской верой”. Местные общины уделяют большое внимание благоустройству церквей, сохранению церковной утвари и книг. Священники на островах местного происхождения, все они в той или иной степени владеют русским языком, так как еще в семидесятые годы ХХ в. служба велась на русском языке. Повсеместно отмечаются церковные праздники, так в Рождество дети ходят из дома в дом с большой рождественской звездой. Свадьбы справляют по церковным канонам со сватовством и венчанием. Также нормам Православной церкви соответствует и погребальный обряд.26

Также влияние русской духовной культуры, среди населения современной Аляски, проявляется в языковых заимствованиях и в бытовании русских имен и фамилий. Как отмечал американский исследователь М. Краусс: "Русское влияние на языки коренного населения можно точно измерить числом заимствованных русских слов, употребляемых еще и в настоящее время; большинство из них существительные, определяющие новые предметы материальной культуры.” По его данным в настоящее время алеуты используют около 400 русских слов, тихоокеанские эскимосы – более 300, эскимосы Бристольского залива – около 190, индейцы танайна – более 300, и, наконец, тлинкиты только девять слов.27

Необходимо отметить, что в настоящее время говорить о языковых заимствованиях довольно трудно. Во-первых, активные контакты между носителями этих языков прекратились более ста лет назад. Во-вторых, для современных американских исследователей, как правило, ни русский, ни местные языки не являются родными, что затрудняет лингвистические исследования. В-третьих, в ряде местных языков отсутствуют некоторые звуки русского языка, поэтому русские слова претерпевают такую трансформацию, что их с трудом можно узнать. Например, ни американская исследовательница Ф. де Лагуна, ни ее информаторы индейцы-тлинкиты не смогли дать объяснение слову "савак”, дублирующему тлинкитское название собаки – кетл. "Однако не вызывает сомнения, что здесь мы имеем дело с заимствованием русского слова (в связи с отсутствием в языке тлинкит звука "б” он заменяется на "в”)”.28 По данным М. Краусса получается, что и кадьякцы и индейцы-танайна подверглись примерно одинаковому влиянию русской культуры, однако все источники говорят, что русское влияние среди кадьякцев было гораздо сильнее, чем среди танайна. Интересно отметить, что современные эскимосы называют белых словом "кассак”, в котором довольно легко узнать русское слово – казак. Русских они называют "кассакпиак” - настоящий казак.29

Что касается наличия русских имен и фамилий у аборигенов, то в XYIII в. при крещении им давались имена и фамилии крестных отцов. После появления на Аляске православных миссионеров, начиная с 1794 г., русские фамилии при крещении уже не давались, а только имена. Фамилией становилось местное имя, окрещенных аборигенов. Так, в 1806 г. были крещены пять тлинкитов, которые получили имена: Никострат Лькайна, Никтополион Тыгике, Нирс Шукка, Наркис Ельк и Неон Кашкинат.30 Русские фамилии давались аборигенам крайне редко и только тем из них, кто длительное время состоял на службе в РАК. Так, например, Никострат Лькайна со временем превратился в Никострата Гедеонова. Свою русскую фамилию он получил по имени священника, который его крестил.

Такая практика сохранялась на протяжении всего периода истории Русской Америки. Так, алеуты, прибывшие на Сахалин в 1870 г. имели русские имена и алеутские фамилии: Андрей Капитизяк, Кузьма Алияк, Тимофей Ихчитхак и т.д.31 Обычно русские фамилии аборигены получали лишь в случае межэтнических браков – русских и креолов с одной стороны и аборигенов с другой. В настоящее время, именно благодаря креольским семьям, русские фамилии широко распространены на Алеутских островах, на Кадьяке и в некоторых эскимосских селениях, но практически полностью отсутствуют среди православных атапасков и тлинкитов. Можно сказать, что у всех коренных жителей Аляски имеющих русские фамилии, были русские предки. В настоящее время у большей части коренного населения Аляски существуют лишь русские и американские имена и фамилии, и первые рассматриваются ими как часть своей традиционной культуры.

Заимствования в области материальной культуры выявить не так просто. Вещественные памятники русского периода в быту давно не используются, а если и сохраняются то, как семейные реликвии и сувениры. Так, в некоторых семьях имеются самовары, но они используются только в декоративных целях. У многих есть иконы, в большинстве случаев это современные бумажные иконы, но встречаются и старинные, сохранившиеся с прошлого века. Это, пожалуй, единственные памятники материальной культуры, сохраняющиеся от русского периода истории Аляски. Те, кто имеет какие-то редкие вещи, прекрасно сознают их культурную и историческую ценность. Так, у индейцев в тлинкитском селении Якутат до середины ХХ в. сохранялись медная пушка, котелок, шпага с ножнами. Как утверждают индейцы, эти вещи были захвачены во время разгрома русской крепости в заливе Якутат в 1805 г. и принадлежали ее коменданту С. Ф. Ларионову. В начале нашего столетия у ситхинских тлинкитов были медная ручная пушка, медный щит, металлических двухглавый орел, серебряные медали времен Александра I, а также кафтан и треуголка, подаренные по повелению Николая I тлинкитскому вождю Кухкану в 1842 году.32 Кроме того, у индейцев имелось большое количество документов, полученных ими от чиновников РАК, в их числе были документы подписанные Гагенмейстером, Воеводским, Этолиным и другими. Как писал современник: "Этим вещам между индианами цены нет. За деньги их едва ли можно купить”.33

В конце прошлого столетия в форме жилища коренного населения Аляски без труда можно было заметить русское влияние. На Кадьяке и Алеутских островах форма жилищ была полностью заимствована у русских. Здесь сооружались сделанные из бревен небольшого размера дома, с окнами и дверными проемами, с двухскатной крышей. Перед входом в дом обязательно сооружали сени, которые до настоящего времени у алеутов называются "коллидор”.34 У тлинкитов большие многосемейные дома стали разделять на комнаты для отдельных семей. Перед входом в дом появилось крыльцо, а вместо звериной шкуры, которой раньше завешивали вход, начали использовать деревянную дверь на петлях. Широко использовалась форма мебели, заимствованная у русских: нары, лавки, сундуки, столы. Некоторые виды одежды также появились под влиянием русских. В конце прошлого столетия тлинкитки повсеместно использовали платки, завязывавшиеся под подбородком, а индейцы залива Якутат – головные уборы похожие на фуражки. Постепенно и эти вещи заменялись более современными, американскими.35

Повсеместно, в тех районах, где позволяли климатические условия, коренное население Аляски переняло у русских огородничество, а в некоторых местах и скотоводство, так, кое-где на Кадьяке и Алеутских островах разводили свиней. Картофель, наряду с рыбой и мясом, стал основным продуктом питания аборигенов. Также чай стал традиционным напитком местного населения.

Как уже отмечалось, наиболее сильное влияние русской культуры из всех народов Аляски испытали алеуты. К середине XIX в. большая часть алеутов была двуязычна и владела родным и русским языком, многие были грамотными, и могли читать и писать не только по-алеутски, но и по-русски. После продажи Аляски алеуты продолжали вести такое же традиционное хозяйство, как и раньше. Его основой по-прежнему был морской зверобойный промысел и рыболовство. Шкуры пушных животных теперь продавались не РАК, а различным американским компаниям. В целом в первые десятилетия американского господства хозяйство алеутов продолжало оставаться натуральным. Процесс их ассимиляции в различных районах происходил по-разному. Быстрее других подверглись американизации алеуты острова Уналашка, где уже в восьмидесятых годах возник крупный порт Датч-Харборт, и на остров приехало большое количество пришлого населения. Медленнее всех на островах Прибылова, где Аляскинская коммерческая компания оставила без изменения методы эксплуатации алеутов со времен РАК и мало вмешивалась во внутренние дела местной общины.36

В девяностых годах XIX в. на островах Прибылова многие алеуты говорили по-русски. Служба в церкви велась на церковнославянском языке. Почти все мужчины умели играть в шахматы, некоторые играли на гармошке и скрипке. В рационе сохранялись русские блюда, в частности, мясные блюда из свинины и чаепитие из самовара. Фамилии и имена у всех были русскими. Уже в наше время в семидесятых годах XX в. службу в церкви на острове Св. Павла алеутский священник Михаил Лестенков вел на церковнославянском языке и были люди, которые его понимали.37

С конца прошлого столетия американское правительство стало проводить на Аляске политику усиленной ассимиляции местного населения. Активным проводником такой политики был, в прошлом, пресвитерианский миссионер Ш. Джексон, который в период с 1885 по 1908 годы являлся уполномоченным по образованию на Аляске. Он выступал против обучения детей местного населения на родных языках и против их употребления в церковной службе. Лучшим способом американизации Ш. Джексон считал открытие публичных школ, где детям прививался стереотип поведения и понятий белого человека.38 Первая американская школа на Алеутских островах была открыта на острове Унга в 1886 г., следующая в 1890 г. на острове Уналашка. Первоначально эти школы находились под управлением методистского миссионерского общества США. Что касается русских церковно-приходских школ, то их стали закрывать в принудительном порядке, так как они не соответствовали политике ускоренной американизации. Во многом, благодаря этому, местное населения стало рассматривать Православную церковь и сохранившиеся русские обычаи: сватовство, празднование именин, посиделки с чаепитием, парные бани и т.д., как черты своей национальной культуры.

Нужно отметить, что в настоящее время в общественно-политическом и административном отношении к алеутам очень часто относят эскимосов острова Кадьяк, полуострова Аляска и побережья залива Принс-Уильям, то есть кадьякцев и чугачей. К этим двум народам применяется один этноним "алутиик”, что является словом - алеут, в местном произношении. Х. Хольмберг отмечал, что кадьякцы использовали этот этноним еще в середине XIX века.39 Как отмечала Р. Ляпунова: "…Бытование термина "алеут” связано с существованием определенного современного самосознания: быть алеутом сейчас означает быть потомком аборигенов края с примесью русской крови, носителем смешанной аборигенно-русской культуры, а также исповедовать православную веру”.40

Ниже предлагается краткий обзор памятников культуры и истории, сохранившихся от русского периода на Аляске.

Современный город Кадьяк был основан А. Барановым в 1793 году. От русского периода здесь сохранилось единственное здание – Дом Баранова, бывший склад для хранения мехов. Сейчас здесь находится исторический музей, в котором представлены предметы быта русских поселенцев: наковальня, пилы, топоры, гвозди, котлы, подсвечники, предметы вооружения XIX века, русский флаг. Другой музей размещен в здании православной семинарии. Здесь можно увидеть различную церковную утварь, редкие иконы, колокол, отлитый на Аляске в 1812 году, а также ряд предметов этнографического содержания, в частности, старинную алеутскую байдарку.41

Недалеко от Дома Баранова находится православная церковь Воскресения Христова с голубыми куполами. Она стоит на месте старинного храма, сгоревшего в 1942 году. В пожаре погибли не только сам храм, церковная утварь, старинные иконы, но и часть церковного архива, который хранился здесь с конца XYIII века. В 1964 г. на Аляске произошло землятресение, вызванная им гигантская волна цунами почти полностью смыла центральную часть города. Остались неповрежденными только Дом Баранова и православная церковь, построенные на возвышенности, на скальном грунте.

Ситха, в прошлом столица Русской Америки город Ново-Архангельск, был основан А. Барановым в 1804 году. К историческим памятникам Ситхи относилась "скала Баранова”, на которой в свое время стоял дом главного правителя Русской Америки. Эта скала была взорвана во время Второй мировой войны при строительстве оборонительных сооружений. На берегу залива есть камень, охраняемый как реликвия. Согласно легенде, Баранов любил вечерами сидеть на этом камне, смотреть на море и острова.42

В центральной части города находится небольшая площадка, не залитая асфальтом, здесь стоит тотемный столб, а вокруг него старинные якоря и пушки. Также старинные пушки установлены на небольшом валу, вблизи того места где когда-то стоял дом главного правителя колоний. На пушках отчетливо видны даты отливки – 1801 и 1835 годы. Из построек русского периода сохранился "Епископский дом”, в котором ныне размещается музей И. Вениаминова. В музее воссозданы жилые комнаты владыки Иннокентия, здесь можно увидеть его библиотеку, церковное облачение, старинные иконы. Представляет интерес стол с потайными ящиками, сделанный собственноручно И. Вениаминовым. Вблизи от музея расположен православный Свято-Михайловский собор, он стоит на месте старинной церкви, сгоревшей в 1966 году. В соборе имеется большое количество икон XYIII – XIX вв., из них наибольший интерес представляет икона Богоматери, выполненная известным русским художником В. Боровиковским. Также в соборе много церковной утвари из золота и серебра, украшенной драгоценными камнями.

К историческим местам Ситхи относится и старое русское кладбище. Во время Второй мировой войны через него была проложена дорога, поэтому надгробных памятников XIX в. почти не осталось, за исключением могилы княгини Аглаиды Максутовой – жены последнего правителя Русской Америки.

Поселок Нинильчик, дата его основания неизвестна, очевидно, он был основан до 1844 года. Здесь влияние русской культуры сохранялось буквально до Второй мировой войны. Когда в 1935 г. в Нинильчике была открыта первая американская школа, ее учителя столкнулись с серьезной проблемой – никто из детей не знал английского языка, все говорили только по-русски.43 В 1939 г. в поселке проживало 132 человека.44 Уже в тридцатые годы с поселком было установлено воздушное сообщение, а после войны проложена железная дорога. Постепенно старый уклад жизни стал разрушаться, и молодое поколение перешло на английский язык.

В настоящее время поселок превращен в исторический заповедник. При входе в поселок вывешена надпись: "Нинильчик. Уникальное историческое место. Ходите пешком”. Вот как описывает писатель В. Песков посещение поселка: "Видишь несколько старых, покрытых щепою бревенчатых изб, покосившиеся сараи, кучи напиленных дров, лодка – вверх дном, зарастающая дорога поднимается в гору к церкви”.45 Рядом со старым поселком построены новые дома, здесь живут потомки первых поселенцев, это семьи: Осколковых, Расторгуевых, Алексеевых, Квасниковых. У многих уже американские фамилии: Маккал, Лемэн, Купер, Портер. Молодое поколение с трудом может вспомнить с десяток русских слов, но еще в начале девяностых годов XX в. здесь было два человека, которые свободно владели русским языком. Одна из них – Елизавета Осиповна Портер, до замужества Квасникова. Русскому языку она научилась у бабушки. В ее доме со старых времен сохранился комод и лоскутное одеяло ручной работы. Такие одеяла, для продажи туристам, жители поселка изготовляют и в настоящее время.46

Поселок Уналашка тесно связан с историей Русской Америки, он был основан в 1796 г. на месте алеутского селения Иллюлюк. Здесь находится самая старая из сохранившихся деревянных церквей Аляски, построенная в 1825-1826 гг. под руководством И. Вениаминова. В церкви имеется множество старинных икон, церковной утвари и книг религиозного содержания, в том числе два Еванглия, изданные в 1821 г. и первое издание Евангелия на алеутском языке 1840 года. Оно украшено миниатюрными иконами на эмалевых вставках, в тексте есть пометки, сделанные рукой И. Вениаминова, для чтения годовых служб.47

Многие иконы очень темные, на них почти не видно ликов святых. Это объясняется тем, что перед эвакуацией в 1942 г. алеуты закопали в землю все церковное имущество, включая и иконы. "Для сохранения икон от порчи, пока они находились под землей, их покрыли лаком для мебели. Когда война кончилась, жители вернулись на остров и откопали иконы. К своему ужасу они увидели, что иконы почернели настолько, что с трудом можно было различить изображения святых”.48 В настоящее время у большинства жителей поселка американские имена и фамилии, но сохраняются и русские, это семьи: Тутяковых, Громовых, Черепановых, Лекановых.

Поселение Никольское возникло на месте алеутского селения Самонах на острове Умнак. В первой половине XIX в. Никольское было перевалочной базой для судов РАК, здесь находились склады компании. В 1826 г. И. Вениаминов начал строить в поселке часовню, которая достраивалась алеутами под руководством Василия Крюкова.

В 1970 г. в поселке проживало 52 алеута. Самыми распространенными алеутскими фамилиями были: Душкины, Ермиловы, Суворовы, Черкесены, Талановы, Крюковы, Безъязыковы, Меркульевы. В середине ХХ столетия в поселке жил алеут Афиноген Ермилов, который знал как алеутский, так и русский языки и мог на них читать и писать. В поселке имелась баня построенная в русских традициях. Вот как ее описывает Т. Бенк: "Баня – маленькая хижина типа бараборы, крытая дерном, через которое проходила труба… Рядом с низкой скамьей стоял чан с водой, а по был выложен свежей травой… На раскаленные камни был плеснут ковш воды, и тотчас баня наполнилась горячим паром… Некоторые алеуты забирались на верхнею полку, но там они долго не выдерживали. Стив Безъязыков… совершал свое омовение в самом жарком месте. Он оставался на верхней полке дольше всех и, не жалея сил, стегал себя пучком сухой травы, прикрепленной к палке…” 49

В иконостасе местной церкви сохранялись иконы XYIII – XIX вв., в том числе писаные алеутом Василием Крюковым в духе русской академической школы.50 Е. Окладников писал: "Представляет интерес икона Николая Чудотворца - престольная икона храма в Никольском, одетая в серебряную ризу, превосходный образец стиля борокко. И что наиболее важно, риза была датирована 1794 годом… Точь-в-точь такие ризы ковали в старом Иркутске тамошние искусные мастера серебряного дела. Их ювелирной работы изделия были известны далеко за пределами города. Судя по описаниям они украшали и древнюю Зашиверскую церковь, через которую шли пути дальше на север и восток Сибири, вплоть до Америки”.51

Алеутский поселок Атха был основан в 1826 году на одноименном острове. Алеуты Атхи наряду с населением Прибыловых островов и Уналашки подверглись наиболее сильному влияния русской культуры. В середине ХХ столетия здесь проживало 66 алеутов, треть из которых составляли переселенцы с о. Атту. Большая часть населения принадлежала к фамилиям: Лоханина, Невзорова, Голого, Снегирева, Прокофьего. У некоторых были американские имена, но у большинства преобладали русские: Прасковья, Ольга, Елена, Василиса, Сидор и т.д. 52

От русского периода истории в быту алеутов сохранились обычаи посиделок и некоторые рецепты русских блюд. Т.Бенк дает описание посиделок: "Алеутки занимаются однообразной домашней работой: стряпают, стирают, чистят рыбу и ходят в гости. Визиты составляют важный ежедневный ритуал, которым увлекаются мужчины и женщины, взрослые и дети. Он заключается в том, что гость приходит и усаживается. Визит может проходить либо при полном молчании, либо перемежаться беседой, прерываемой длинными глубокомысленными паузами. В любом случае хозяин потчует гостя чаем. В каждом алеутском хозяйстве непременно имеется чайник с крепко заваренным чаем, который стоит на плите и медленно, часами, заваривается. Его наливают гостю в чашку и разбавляют кипятком. По правилам вежливости, во время визита, длящегося обычно от получаса до нескольких часов, должны быть предложены и выпиты две чашки чаю. После этого гость отодвигает от себя чашку и, выражая благодарность, уходит…”53

Русская Миссия – бывшее эскимосское селение Икогмют. Здесь в 1845 г. была организована Квихпакская православная миссия, первая во внутренних районах Аляски. Возглавил миссию священник Яков Нецветов, который оставался здесь до 1863 года. В настоящее время все население поселка православное, в 1970 г. здесь проживало 148 человек потомков креолов и эскимосов. Большая часть населения поселка принадлежала к семьям: Бельковых, Ивановых, Павловых, К

Copyright MyCorp © 2020 | Сделать бесплатный сайт с uCoz